Записи с темой: война всех против всех (список заголовков)
19:33 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
Трансгенный Лук-порей убит. Интересно, будет ли его дух преследовать меня?
Название: Чёрный байкер и синий байкер.
Жанр: Кроссовер.
Фандомы: Durarara!! * Sengoku Basara.
Персонажи: Селти и Масамуне; Кинноске, Шинра и Изая в эпизодах; Кодзюро Кёхей и Шизуо за кадром.
Рейтинг: G.
Предупреждение: Внезапная концовка!
От автора: Я считаю, что картинка, столько времени скрывающая за собой мои кривой лапой, разными чернилами, на обратной стороне рабочих чертежей формата А1, в кровати и метро написанные черновики, должна продолжать тут висеть. Никакого отношения к сюжету она не имеет, но уж больно выразительная.
В первый раз они встретились в начале весны. Пора пробуждения и обновления природы как нельзя лучше подходит для появления в истории нового персонажа.
Впрочем, мимолетный обмен взглядами, продлившийся едва ли секунду, сложно назвать полноценной встречей.

В тот день Селти ехала по улице медленно и осторожно. Последняя неделя у Шизуо, кажется, совсем не задалась, и почти полное отсутствие дорожных знаков здорово мешало движению транспорта. Да и полиции вокруг было подозрительно много, а Стурлусон вовсе не стремилась привлекать к себе внимание людей Кузухары.
К очередному перекрестку Селти подъехала особенно неторопливо. Ей совсем не хотелось ожидать зеленого сигнала светофора в компании одного из полицейских. Конечно, можно было круто развернуться и рвануть в обратную сторону… но такое вопиющее нарушение правил дорожного движения точно не осталось бы незамеченным служителям порядка. Поэтому пришлось аккуратно затормозить рядом, стараясь даже случайно не поворачивать шлема в сторону замершего на соседней полосе мотоциклиста в черно-белой форме. Тот ответил Стурлусон столь же демонстративным безразличием, продолжая всматриваться в поток движущихся по перпендикулярной улице машин.
Подобная сосредоточенность вкупе с большим количеством привлечённых людей и их организованными перемещениями по кварталу могла означать только одно: полиция слаженно кого-то преследовала. И в этот раз это был точно не Чёрный Байкер.
Это оказался какой-то другой, доселе неизвестный мотоциклист. Он пронесся мимо на полной скорости, но успел выделить из череды окружающих Селти и бросить на нее заинтересованный, острый взгляд, который сложно увидеть под забралом шлема, но который безошибочно чувствуется кожей.
Полицейский рванул с места, бросаясь вслед за нарушителем как минимум скоростного режима, а так и оставшаяся на перекрестке Стурлусон задумчиво провела затянутой в перчатку ладонью по боку своего мотоцикла. Бесшумный и способный двигаться даже по вертикальным поверхностям, он был не механизмом, а живым существом – насколько это определение применимо к лошади даллахана. Но при этом Селти не смогла бы ездить на нем, выпрямившись и сложив руки на груди, не касаясь руля даже при входе в поворот на полной скорости.
Претендующий на звание нового личного враг Кузухары Кинноске так умел. И делал с легкостью. Он мог быть кем угодно, только не человеком.

Любой город, любой район – это в первую очередь живущие в нем люди, а остальное почти не важно. И если в Икебукуро происходит что-либо, связанное с его людьми, не заметить это невозможно.
По району проходят слухи, что собирается новая банда. И даже Селти, которую подобное не слишком-то касается, не может не видеть, что на улицах Икебукуро стало больше синего, и атмосфера несколько накалилась: Желтые Платки начинают приглядываться к зарождающейся силе.
Проезжая по улице, Стурлусон скользит взглядом по разноцветным пятнам, обозначающим людей на тротуаре, и нервно притормаживает, встретив особенно большое скопление синего. Если бы Селти, как в былые времена, ехала верхом, ее лошадь наверняка споткнулась бы и возмущено фыркнула, недовольная действиями хозяйки. Даллахан приходится крепче сжать колени и пальцы, выправляя мотоцикл, и это помогает отвлечься от стоящих у обочины.
Казалось бы, последователи постарались как можно точнее скопировать цвет нового лидера, но даже на общем синем фоне глубокий ультрамарин куртки байкера подозрительно ярко выделяется, притягивая к себе взгляды.
«Надо бы узнать его имя», – думает Селти, проезжая мимо. Синий Байкер все это время стоял к ней спиной, но Стурлусон не может отделаться от ощущения, что ее присутствие обнаружено, а новая встреча вовсе не была случайностью.
«Имя… и хоть что-нибудь еще.»
Если тебе нужна информация о ком-либо в Икебукуро, то обращаться нужно к одному конкретному человеку.

С Изаей Стурлусон связаться не успевает – Орихара сам ей звонит, сообщая о новом задании для перевозчика, и тон у него при этом такой… будто он знает что-то интересное, и пробную часть этой информации ему не терпится выдать, чтобы потом наблюдать, как остальное будет выясняться без его помощи и к чему все это приведет.
Приехавшая в офис информатора Селти застает Изаю на обычном месте: за его собственным столом. Вот только перед ним, вместо привычного ноутбука или доски с фигурами и фишками из разных стратегических игр, стоит продолговатый деревянный ящик, который Орихара пытается завернуть в большой темный платок из плотной ткани, традиционно использующийся для сооружения практичной и удобной упаковки для самых разных предметов.
Информатор знает все обо всех в Икебукуро. И Стурлусон вовсе не обязательно доставать коммуникатор и набирать вопрос – Изая начинает рассказывать сам, не поднимая головы и не отвлекаясь от расправления складок и завязывания узлов.
Рассказывать одновременно о том, кому Селти придется доставить явно имеющий ценность груз, и о том, кто занимает ее мысли, потому что это – совершенно случайно – одна и та же личность.
– Он называет себя Датэ Масамуне. И приехал с севера – кажется, из Сендая. Забавное совпадение, не находишь?
Даллахан недоуменно склоняет шлем к плечу и переспрашивает:
«Датэ Масамуне?» – она расслышала имя четко, но нужно точно знать, как правильно оно записывается. Возможно, потом ей удастся в сети узнать, о каком совпадении говорит Орихара.
– Да, – кивает Изая. Ящик уже довольно надежно упакован, и остается только в последний раз проверить, не развяжется ли какой узел, если груз осторожно приподнять за скрученную из углов платка петлю. – Сложно сказать, зачем он приехал. Но не сколачивать шайку – это точно. Он ведь никого не зовет за собой, а просто не прогоняет желающих присоединиться.
Финальным штрихом Орихара прикалывает к платку заранее подготовленную записку: место, куда груз должен быть доставлен, и время, когда адресат будет ждать перевозчика. Информатор наверняка знает еще хоть что-нибудь об этом Датэ, но в данный момент говорить больше не собирается. Это не в правилах Изаи.
Селти ничего не остается, кроме как забрать посылку – внутри оказавшегося довольно увесистым ящика что-то тихо металлически лязгает – и направиться к выходу. Возможно, ей стоит спросить информатора еще раз, когда задание будет выполнено. Но может так оказаться, что личная встреча с Синим Байкером все прояснит, и необходимость пользоваться услугами Орихары отпадет сама собой.

Время, указанное в записке, – глубокий вечер, а сейчас едва минул полдень, и это значит, что спешить Стурлусон совершенно некуда. Можно заехать домой и, как и планировалось, попробовать поискать упоминания о Датэ в сети.
Спустя час пребывания во всемирной паутине, Селти приходит мысль сдаться. За горами информации о Масамуне-дайме эпохи Сенгоку ей не удается найти ни одного упоминания о Синем Байкере. От продолжения явно бесполезного просматривания сотни электронных страниц ее отвлекает Шинра, с любопытством заглядывающий в ее монитор.
– Неужели ты решила поинтересоваться историей Японии? – искренне удивляется Кишитани, от чего его очки сползают на кончик носа. – Никогда раньше не замечал за тобой такого… – времени на ответ он Селти не дает, договаривая самостоятельно: – Или ты волнуешься об этой новой банде? Не беспокойся, Кадота уже на всякий случай успел в нее вступить. Его личные счеты с носящими синий цвет не позволили ему остаться в стороне, от решил убедиться, что Масамуне не пойдет по пути Квадратов.
Шинра наконец замечает посылку, которую даллахан привезла с собой. Обычно перевозчику требуется доставить груз как можно скорее, а не в определённое время, и поэтому работу на дом Селти почти никогда не берёт. Неудивительно, что Кишитани любопытствует:
– Как думаешь, что внутри?
Перевозчик не спрашивает, что именно ему придётся везти, и уж тем более не изучает самовольно содержимое порученного ему груза. Но Стурлусон отвечает быстро, не сомневаясь ни секунды:
«Оружие».
Брови Шинры от такого заявления удивленно ползут вверх.
– С каких это пор ты связываешься с подобным?
Селти только пожимает плечами, что в равной степени может означать «Я не знала, что там» и «Это особый случай, он не считается».

Стурлусон не привыкла опаздывать, в указанное место она прибывает несколько раньше указанного времени, но ее там ждут.
Масамуне оборачивается, как мог бы оглянуться кто-то другой, услышав за спиной рокот двигателя приближающегося мотоцикла. Вот только байк даллахана не издает ни звука, а тихий шорох покрышек о бетонный пол невозможно различить тому, на ком одет шлем. Но Масамуне оборачивается именно в тот момент, когда появляется Селти, и та еле заметно вздрагивает от такой проницательности.
А еще она замечает интересную деталь: забрало шлема Датэ разбито, и по темному пластику разбегается паутина трещин, которая должна здорово мешать обзору правым глазом.
Масамуне медленно снимает шлем – это совсем не обязательный жест вежливости, но требовать аналогичного от Стурлусон он даже не думает – и открывает лицо. Машинально Селти ищет в его чертах сходство с теми портретами Датэ эпохи Сенгоку, что ей удалось найти, но не находит. И то, что правого глаза у Масамуне действительно нет, только сильнее сбивает с толку, поскольку дайме на гравюрах по его же воле изображали без последствия детской травмы.
Датэ замечает это пристальное внимание и то ли решает, что это необходимо для идентификации его личности, то ли просто красуется, но перед тем, как требовательно протянуть вперед руки, он поворачивается сначала одним профилем, потом другим, а после ухмыляется дико и хищно, показывая ровные, острые белые зубы.
Стурлусон от подобной демонстрации испытывает весьма странные и неоднозначные чувства, поэтому торопливо вручает посылку ее получателю, разворачивается и собирается уезжать. Но делает все это она достаточно медленно, чтобы оно не выглядело поспешным бегством. Поэтому Селти успевает заметить, как Масамуне достает из ловко и быстро открытого ящика меч и проводит пальцами по длине клинка, довольно прищелкивая языком и любуясь бликами на полированной стали.
Для одной катаны потребовался бы футляр куда меньшего размера, а в тот, что везла даллахан, подобных образцов холодного оружия поместилось бы штук пять-шесть.

Отчаявшись разобраться в своих чувствах, Селти обращается за помощью к Шинре. Тот внимательно читает сбивчивые объяснения, потом задумчиво трет переносицу, но в итоге тоже сдается.
– Нет, я не знаю, как это назвать. Кажется, еще никто не придумал наименование того чувства, что «испытывает без спросу пробравшийся в чужой дом и успевший там обжиться человек после того, как возвращается хозяин жилища». И я не могу представить, чем это может быть вызвано.
Черный дымок от шеи даллахан, вместо того чтобы подниматься вверх, начинает низко стелиться, почти стекая на грудь. Аналогией этому жесту была бы низко опущенная голова.
Селти знает, что у испытываемого ею чувства есть только одна причина, самая первая и очевидная. Просто так действительно было.

Стурлусон, честно говоря, не хочется лишний раз попадаться Датэ на глаза, но сидеть дома она не может, как и вычислить места, где вероятнее всего будет находиться Синий Байкер. Иногда ей даже кажется, что он нарочно её выслеживает, хотя это, конечно, не так. Просто окружающее пространство слишком хорошо запоминает и после долго хранит ощущение его присутствия. А поскольку Масамуне перемещается стремительно и отчаянно пытается везде успеть побывать и во всём поучаствовать, создаётся впечатление, что он находится во многих местах одновременно.
В этот вечер Селти как раз в очередной раз пыталась оторваться от одного из служащих под началом Кинноске полицейских (даллахан может многое, но только не зажечь фары своего мотоцикла) и к встрече была особенно не готова.
Она как-то не ожидала, что из переулка резко вырвется другой байкер, едва её не подрезав и избежав аварии каким-то чудом, не могла предположить, что это окажется именно второй, в последнее время прославившийся нарушитель спокойствия и правил дорожного движения Икебукуро, выбравший своим средством передвижения мотоцикл, и уж ей совсем не могло прийти в отсутствующую голову, что на полной скорости Масамуне уцепит её под локоть и буквально втащит в следующую подворотню. А потом ещё и некоторое время будет так вести по тёмным проулкам, существованию которых в этом районе Стурлусон остаётся только удивляться.
Селти не скажет точно, сколько времени живёт здесь, но счёт точно идёт на года и перевалил за десяток. Датэ прибыл хорошо если пару месяцев назад, но уже знает и о городе, и о его жителях всё. Наверное, если бы Стурлусон попросила рассказать ей о одном лишь районе, то успела бы узнать больше, чем за весь прошедший с момента её переезда в Японию период – и это только за то время, пока Масамуне не устанет говорить и чуть хрипло не попросит хотя бы глоточек воды.
Потому что неважно, сколько уже Селти колесит по этим улицам, она всегда будет оставаться лишь гостьей, причём не очень-то прошеной. И неважно, когда (по мнению жителей) Датэ появился в этом городе, он в любом случае до мозга костей местный.
В итоге они заезжают на верхний уровень автостоянки и тормозят у ограждения – из такого рода мест просто обязан открываться захватывающий дух вид, даже если виден только один из весьма оживлённых перекрёстков Икебукуро. На первый взгляд изнутри в этом месте нет ничего особенного, но у входа стоит надёжная и не вызывающая сомнений в добросовестности охрана, а попали два мотоциклиста сюда через укромный ход, которого просто не может существовать в реальности.
Повисшую неловкую паузу разрывает дробные стук пальцев о экран коммуникатора.
«Спасибо. В том числе и за это укрытие.»
– Да не за что, – Масамуне снимает шлем и белозубо ухмыляется. – Пользуйся когда захочешь.
Датэ искоса поглядывает на Селти и этак многозначительно перебирает пальцами по трещинам забрала. Намёк в его коротких движениях читается однозначно.
Стурлусон вздыхает – бесшумно, по большей части мысленно – и аккуратно снимает собственный шлем. Глупо прятаться, когда тебя практически видят насквозь, но поднимающийся от среза шеи дым всё равно непроизвольно вьётся смущенными кольцами. Масамуне одобрительно присвистывает от открывшегося зрелища, но, конечно, даже удивления не выказывает, не говоря уж о недоверии или боязни, которых можно было бы ожидать от обычного человека.
Ещё совсем недавно Селти не думала о подобном (или ей приходило такое только в пропавшую голову), но сейчас, в этой обстановке, она считает нужным спросить:
«Не возражаешь, если я останусь в этом городе?»
Масамуне улыбается – алые огни висящего над перекрестком светофора отражаются на острых зубах, и в глубине глаз им в ответ зажигаются золотистые искры. Человеческий облик слезает с него, как старая змеиная кожа, когда Датэ поводит плечами; отголосок этого движения проходит волной по всему его длинному телу, заставляя тихо шуршать матовую тёмно-синюю чешую, а кончик хвоста, до этого этак ненавязчиво лежащий под задним колесом чёрного мотоцикла и перекрывающий Селти путь к отступлению, прячется куда-то вглубь клубка переплетающихся колец.
– Делай что хочешь. Я не собираюсь мешать.
Пусть здесь и сейчас встретились два существа из старых легенд, но разговаривают они в точности как два обычных человека. Вероятно, потому что другого общего языка для них быть не может, ведь они не только из разных эпох, но ещё и из столь удалённых друг от друга в духовном плане стран. Или, возможно, потому что они оба слишком долго жили среди людей, и подобное поведение успело войти во вредную привычку.
«А ты что? Куда отправишься?»
– Не знаю ещё точно. Мест, где я не успел побывать, так много… – Датэ мечтательно прикрывает глаз. – И для того, чтобы завоевать страну, мне придётся посетить их все.
Даллахан могла бы переспросить, уточнить детали, выдать десяток чисто по-женских любопытных вопросов начиная с «Как?» и заканчивая «Зачем?», но лишь кивает сама себе. То, что в целях и мотивах Одноглазого Дракона ей непонятно абсолютно всё, подтверждает, что их интересам вряд ли суждено пересечься и что делить им нечего.




 

@музыка: Ayreon - Beneath The Waves

@темы: Русские суши и их жертвы, Придумаешь только нарочно, Потому что кроссинговер, Война всех против всех

01:29 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
Несмотря ни на что, я всё ещё люблю маленькие уютные фесты.
Вот, например, DrrrCrack!!.
Одну мою заявку там исполнили так, что из двух версий развития событий я не могу выбрать ту, которая больше нравится. Можно посмотреть, насколько оба текста шикарные.
После этого я, конечно, резко почувствовал, что срочно должен чем-то ответить.
Кадота / Шизуо. Школьные годы: первая сигарета Шизуо.

Сам заявки подавать я всё ещё не очень люблю, но тут (ещё раз) не удержался. Что самое страшное, её даже приняли. Теперь буду ждать и отчаянно надеяться... Если вдруг кто-то совершенно случайно как раз задаётся вопросом, как сделать мне хорошо, это уникальный шанс. Тот, кто напишет мне на Crossover Fest, сотворит большое лирное счастье.

_ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _


Вдохновляющие арты — это такая тема, что актуальна всегда.
Масамуне и Саске || Масамуне и Юкимура

@музыка: Manowar - Mountains

@темы: Тут прекрасные люди..., Русские суши и их жертвы, Придумаешь только нарочно, Война всех против всех

11:27 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
Был такой вдохновляющий арт:

Но вылился он во что-то не то...

А вдохновляющих артов надо в любом случае больше.

UP!

Сарутоби и Фума

@музыка: Accept - Up To The Limit

@настроение: Кто бездельник, я?

@темы: Придумаешь только нарочно, Война всех против всех

22:23 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
Что-то меня тащит куда-то совсем не в ту сторону, но я такой счастливый дурак, что совершенно этого не боюсь.
Вот вместо этого постик новенький для своих огрызков завёл. Я безнадёжен, совершенно безнадёжен.

Внезапно, пользуясь случаем: Red_Night, добро пожаловать!

Также на повестке дня свежий вопрос века: почему я уверенно и не колеблясь пишу все имена через "е", а для Датэ каждый раз делаю исключение?


Все синоби страдают от Этого, даже Фума

В процессе написания я осознал, что с матчастью по этой теме у меня как-то совсем плохо. Так что воспринимать это лучше просто как грязные домыслы! Видимо, мне просто надоел сюжетный ход "Масамуне домогается до Кодзюро" и захотелось как-то наоборот.
Кагецуна и Бонтенмару
P.S.

Ещё внезапнее, но домыслы для разнообразия чистые.
Масамуне и Ёси-химе

Раз уж меня окружают злобные шипперы МасаЮков, то это им откуп. А кое-кому ещё и месть!
Масамуне / Юкимура
Те же и Саске

UP.
Кагецуна, Сигезане и Масамуне.
Утреннюю тишину дома Датэ нарушают только два голоса – может быть, эти спорщики засиделись до самого рассвета, а может, нарочно встали пораньше, чтобы продолжить на свежую голову… Никого это противостояние двух слишком непохожих друг на друга людей уже не удивляет, даже не тревожит – понемногу сказывается привычка.
Сам этот спор на самом деле бессмысленный (потому что в итоге решать всё равно Масамуне) и к тому же бесконечный. За всё то время, что он длится, можно было перечислить оппоненту все возможные аргументы не по одному разу и на этом успокоиться. Но этим двоим, кажется, важно не только переубедить другого – от самого процесса они оба получают особое удовольствие.
В особо горячей дискуссии можно рассмотреть настоящее лицо Сигезане – точно такое же, какое у него бывает в кровопролитном бою, – и есть в нём что-то дикое, нечеловечески красивое. А ещё можно увидеть, как трескается маска спокойствия и уравновешенности Кагецуны, и смысл его разумных, терпеливых, мирных речей перестаёт сочетаться с яростной интонацией, с которой они произносятся, – и в этом тоже есть что-то завораживающее.
Сигезане и Кагецуна могут долго друг на друга так смотреть, но в этот раз их всё-таки прерывает Масамуне. Глава клана Датэ подходит поближе, чтобы его можно было разглядеть до мельчайшей детали, стоит перед ними секунд десять и по-прежнему молча удаляется. Недовольство от раннего пробуждения на заспанной физиономии Масамуне было написано явно, а вот на то, что именно помешало сну, указывала новая повязка на правом глазу: сшитая из двух равных частей, очень знакомых оттенков сине-красная.
Настолько знакомых, что Сигезане и Кагецуна тут же начинают оглядывать и ощупывать собственные хаори и хакама в поисках места, откуда было отрезано по небольшому клочку ткани.
А потом возмущенно и столь же слаженно кричат: «Господин!..»

@музыка: Nakagawa Shoko - Happily Ever After

@настроение: Пыщь-пыщь!

@темы: Когда же закончится эта война, Война всех против всех, Придумаешь только нарочно

23:11 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
Бессюжетное, бессмысленное, беспощадное.
Вырвалось, накопилось... теперь на жалость давит.
Пристрелите меня, я больше не буду.
В общем, всякие глупости про Масамуне (и Кодзюро). Совсем новые и старые вперемешку, вот как есть.

Сто восемьдесят восемь слов
И сто семьдесят слов
И ещё двести восемьдесят одно слово
Другие четыреста восемьдесят шесть слов
Следующие ровно двести слов
Очередные двести двадцать восемь слов

UP.
Вынесу-ка я это из комментариев повыше... Тем более что там такое безобразие развернулось.
На этот раз про Саске и Юкимуру.
Двести девяносто пять слов просто так
Сто пятьдесят слов (R!)
Сто девяносто семь слов, безответность и юст
Сто сорок десять слов — по мотивам овы второго сезона аниме

Я давно тянул свои крюки к заявке-кинку «фатальная разница в габаритах» (как звучит, как звучит!) и наконец дотянул.
Хидеёси и Ханбей это, ага. И рейтинг!
Но всего двести семьдесят шесть слов, ибо стринги

@музыка: the GazettE - Naraku

@настроение: Вот опять я занят чем-то совершенно не тем, чем нужно!

@темы: Придумаешь только нарочно, Война всех против всех

22:18 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.
И себе на память оставить, и всем, кто здесь случайно мимо проходит, всячески порекомендовать кроссовер Басары и Блича с на редкость запоминающимся названием. Лучшее, что мне доводилось за последнее время читать.
У сего произведения есть только один недостаток. Простите, что слегка это подкорректировал в процессе цитирования...
Тут должны быть всякие перечисления, что именно мне так понравилось, но легче будет показать на примерах.
Особо избранные моменты, они же ссылки на все части:

19.01.2011 в 21:00
Пишет Оля с маяка:
Поглрлшщ, часть первая в шапке

– Еще он должен быть живучий, – сказал капитан Укитаке. – Такой, знаешь, чтоб им можно было пробить каменную стену – и хоть бы хны.
Капитан Кёраку грустно посмотрел на товарища и ничего не ответил.
– Потом, он должен быть хозяйственный человек, – продолжал капитан Укитаке. – Такой, знаешь, чтобы уметь починить каменную стену, если ее кем-нибудь пробьют.
Капитан Кёраку тяжело вздохнул.
– И наконец, он должен заставлять подчиненных трепетать, – заключил капитан Укитаке. – Чтобы, знаешь...
– Чтобы заставить их чинить каменную стену, я понял, – отвечал капитан Кёраку.  
URL записи

20.01.2011 в 22:03
Пишет Оля с маяка:
Поглрлшщ, часть вторая
 
Солдаты с суровыми лицами вытирали окровавленные лопаты о землю.
– Ребята, – сказал Кодзюро дрожащим голосом.
– Катакура-сама, – с достоинством отвечали солдаты.
– Ребята...
– Катакура-сама!
Саске поспешно отвернулся, чтобы не видеть коллективных обнимашек. Осю все больше напоминало ему родное Каи, только в еще более извращенном и усугубленном виде.
– Видал, Сарутоби? – толкнул его в бок Кодзюро. – А ваши так могут?
– Я, кажется, понял, откуда у тебя шрам, – ответил Саске. – Рожа, видать, уже однажды треснула от самодовольства.
URL записи

24.01.2011 в 17:18
Пишет Оля с маяка:
Поглрлшщ, часть третья

– Ты Датэ-как его там? – на всякий случай уточнил капитан Зараки. – Я хочу с тобой сразиться.
– Так не трепи языком, а сражайся! – последовал ответ. Кенпачи увидел, как отразили солнечные лучи все шесть катан противника...
(Да, Датэ Масамунэ практикует использование сразу шести катан, и лучше не знать, как он это делает. Почему – другой вопрос. Есть версия, что однажды родственики, не уточнив предварительно, кто что будет дарить малышу, преподнесли ему каждый по мечу. На робкое предложение Кодзюро продать излишки (он вообще чудовищно практичный человек, как-то предложил поля трупами врагов удобрять!) Масамунэ затопал ногами и закричал, что будет драться сразу всеми катанами и слушать ничего не желает. Так оно и вышло; а мечи называют теперь Когтями дракона, понятно, почему.)
...и сердце его запело. Это было что-то вроде любви с первого взгляда.
– Я буду держать меч двумя руками, – сделал своему противнику неслыханный комплимент капитан Зараки.
– Да хоть тремя! – Масамунэ комплимента не оценил. – Дерись давай!
И начался бой.

– Ну что еще? – Кодзюро сердито посмотрел в сторону замка. Там что-то вспыхивало, грохотало и падало так, что дрожала земля. – Опять не может открыть варенье?  
URL записи

03.02.2011 в 15:29
Пишет Оля с маяка:
Поглрлшщ, часть четвертая
 
– Ступайте, найдите Масамунэ-саму, – сказал он дрогнувшим голосом. – Скажите... скажите, что мне предложили другую работу. Что там больше платят, не бьют по морде и прислушиваются к моим словам. Скажите, что я согласился с радостью и сразу же уехал. Ясно?
– Ясно, – ответил за всех Буншичи. Они повернулись и пошли по направлению к замку. Даже спины их выражали осуждение.
Кодзюро некоторое время глядел им вслед, а потом двинулся на север, к полю.
(Нет, автор почти не плакал, когда писал этот отрывок.)

*

Кодзюро шел на встречу со своей смертью.
Можно представить, какое у него было настроение!
"Может, попросить пару дней отсрочки? – размышлял он. – Похитить кого-нибудь... Все делают это, чем мы хуже. Того же Сарутоби – он привычный, справится. С Санадой, конечно, попроще, чем с Масамунэ-самой, но выкрутится как-нибудь. Или Маэда? Все равно шляется без дела по всей Японии. Кто там еще, Чосокабе? Корабли, ну их – а вдруг шторм! Жаль, Такенака помер..."
В тот момент, когда Кодзюро, перебрав всех, дошел до кандидатуры Хонды Тадакацу и всерьез рассматривал ее, его внезапно окликнули.
URL записи

10.02.2011 в 20:11
Пишет Оля с маяка:
Поглрлшщ, часть пятая – кончила!
 
И тут раздался голос Датэ Масамунэ.
– Эй, – хрипло прошептал он, но шепот этот в наступившей тишине был слышен очень отчетливо. – Эй, бог смерти! Не делай этого. Пожалуйста.
Казалось, земной шар сойдет с орбиты, взорвется Солнце, содрогнется Вселенная – настолько произошла немыслимая, невероятная, невозможная вещь! Владыка Осю сказал "Пожалуйста"! Вежливо попросил! Присутствующие на поле замерли, ощущая эпичность момента. Капитан Укитаке моргнул и невольно отвел острие меча от своей жертвы; лицо его приняло то выражение, которое принимало всякий раз, когда кто-нибудь успешно давил на жалость.
– Не надо, Масамунэ-сама, – сказал Кодзюро. – Пусть лучше убьет, а то я превращусь черт знает во что!
– Заткнись, – владыка Осю поднялся на ноги, опираясь на единственный оставшийся у него меч, и нетвердым шагом направился к остальным. – Мне плевать, во что ты там превратишься...
– В Пустого, – подсказала Сой Фонг. – Превратится в Пустого и будет жрать твою жизнь, пока ты не умрешь, а потом примется за следующего. За тебя, например, толстячок, – она подмигнула Магобе. Тот не удостоил ее ответом.
– ...потому что мне не нужен дохлый вассал, – продолжал Масамунэ, не слушая ее болтовни. – Мне не нужен и другой вассал. Мне нужен мой живой вассал, и тебе придется с этим смириться, Кодзюро. Бог смерти, как мне...
Договорить он не успел; взгляд его остекленел, и Масамунэ без чувств рухнул на землю!
– Катакура-сама! – рассерженно загалдели солдаты.
Кодзюро отбросил пришедшую в полную негодность от столкновения с головой господина лопату.

*
Эпилог.

Саске некоторое время молча смотрел на Санаду Юкимуру, а потом порывисто обнял.
– Данна, – пробормотал он, уткнувшись господину в плечо. – Как хорошо, что вы у меня есть, данна!
– Саске! – воскликнул Юкимура, обнимая его в ответ. – Не знаю, что на тебя нашло, но как хорошо, что и ты у меня есть!
– Данна, – всхлипнул Саске.
– Саске!
– Данна!
– Саске!
– Обнимашки! – прорычал наблюдавший за проявлением чувств Такеда Синген.
 
*

P. S. S. S.
Амбивалентно!
URL записи

Да, цитат в этой записи несколько больше, чем может показаться на первый, не слишком внимательный взгляд.
Пожалуйста, не забывайте сообщать автору о прочтении его творения. Нас там ждут и по головам считают.

@музыка: Theory Of A Deadman - So Happy

@темы: Война всех против всех, Потому что кроссинговер, Тут прекрасные люди...

16:00 

*_Lezolirendaeriserail_* Я больше не арбузный герой, теперь я — мандариновый пришелец.

DISMEMBERMENT

главная